» » Почему ЦРУ больше не устраивает привычный формат работы с Россией

Международные новости

Почему ЦРУ больше не устраивает привычный формат работы с Россией

Почему ЦРУ больше не устраивает привычный формат работы с Россией
У ЦРУ США большие трудности в работе против России. Это признали недавно в публичной дискуссии, устроенной Центром за национальный интерес (ЦНИ, бывший Никсоновский центр) в Вашингтоне трое отставников американского «ведомства плаща и кинжала» — бывшие высокопоставленные аналитики Питер Клемент и Джордж Биби, а также оперативник Милтон Бирден, возглавлявший в свое время резидентуры в Исламабаде и в Москве. Каждый из них отдал специфическому изучению нашей страны не один десяток лет, но и теперь действия и планы руководства России, а главное — мотивы этих действий и планов остаются для них нераскрытыми.

Специалисты сетовали на то, что Кремль при его нынешнем хозяине Владимире Путине, профессионально разбирающемся в вопросах безопасности, стал для них более крепким орешком, чем, например, в 1990-х годах. Указывали, что россиян в целом сейчас гораздо труднее вербовать — в частности, из-за того, что они теперь куда реже добровольно предлагают американским спецслужбам свои услуги. Строили предположения о причинах такой перемены — от вероятного страха перед агентами-«кротами» в ЦРУ и ФБР до несомненного патриотизма и веры россиян в свою страну, причем не только со стороны чиновников-«государственников», но и современной хорошо образованной и не понаслышке знакомой с Западом молодежи.

В этом же ряду — свобода выезда из России, ограниченная по нынешним временам скорее западными визами (логика здесь такая, что потенциальные предатели, кто хотел, уехали или могут уехать из страны и без помощи чужой разведки), а также сложности работы во времена смартфонов и интернета. Биби даже сделал смелое утверждение, что «эпоха агентурной вербовки в разведке вообще осталась позади», поскольку «биометрические данные» вкупе с активностью в соцсетях и отслеживанием тех же смартфонов позволяют идентифицировать кого угодно и не дают работать под прикрытием.

На этом основании аналитик, который в свое время был советником вице-президента США Ричарда Чейни, пришел к выводу, что в перспективе добыча разведывательной информации будет «перемещаться в цифру», поскольку «работать по старинке просто нерентабельно». Хотя при этом сам же констатировал, что для понимания целей и мотивов никакие массивы данных не помогут.

За мировой шахматной доской

Я обсудил услышанное с российскими специалистами, включая генерала СВР в отставке Юрия Кобаладзе. Все они убеждены, что агентурная разведка была, есть и будет — хотя бы потому, что «человеческую голову ничто не заменит». Вместе с тем, на их взгляд, ветераны разведки США высказали ряд здравых суждений — прежде всего о наличии у России собственных национальных интересов и готовности их отстаивать.

Кобаладзе вспоминал, как во времена Евгения Примакова профессиональные разведчики в России, США и Великобритании пытались даже в своей крайне щекотливой и закрытой сфере действовать по уму, сочетая неизбежное противоборство со взаимодействием там, где это было в общих интересах, — скажем, в борьбе с террором или распространением оружия массового уничтожения. Сетовал, что теперь такое взаимодействие «сведено к нулю» и вновь сменилось жестким противостоянием, высказывался за возобновление «джентльменского соперничества и партнерства».

Любопытно, кстати, что американцы в своей дискуссии проводили различие между понятиями «враг» и «противник». Биби, например, считает, что США и Россия борются друг с другом «за мировой шахматной доской», но при этом не являются врагами, поскольку последнее предполагает принципиальную и неизменную несовместимость политических систем. Сейчас же, по его убеждению, такой непримиримости нет, напротив, у двух стран «есть основа для диалога, для переговоров — пусть и подкрепленных силой».

Кобаладзе также подчеркивал, что успешная работа разведки в целом выгодна для всех, поскольку позволяет лучше представлять интересы и намерения другой стороны. Приводил пример того, как объективно полезным оказался клок шерсти даже с такой паршивой овцы, как предатель Олег Гордиевский: предостережения этого перебежчика об опасности безудержного нагнетания военной риторики в свое время встревожили Маргарет Тэтчер и Рональда Рейгана и тем невольно помогли разрядке напряженности между Востоком и Западом.

Утечки на пользу

О том, что информационный «предохранительный клапан» бывает нелишним, мне доводилось слышать и прежде, мысль эта мне кажется верной. Более того, ее можно экстраполировать и на другие сферы, включая работу СМИ. Утечки в прессе США о том, что варится на вашингтонской политической кухне, с интересом читаются не только в американской, но и в других столицах, включая Москву. Они вызывают возмущение властей, на моей памяти с ними боролись все президенты от Билла Клинтона до Дональда Трампа, но, по сути, они скорее полезны.

В России, правда, таких утечек не в пример меньше. Видимо, еще и поэтому с повестки дня всевозможных политологических посиделок на Западе не сходит вопрос о том, «что на уме у Путина». Собственно говоря, по сути об этом же толковали теперь и в ЦНИ.

Меня такая постановка вопроса, честно говоря, удивляет. Однажды в похожей дискуссии в Вашингтоне я спросил отставного руководителя одной из британских спецслужб, почему бы не посмотреть, что публично и регулярно говорит об этом в своих выступлениях сам российский лидер. Британец только рукой махнул: дескать, мы все время напоминаем об этом своему начальству, но оно читает только бумаги с грифом секретности.

И теперь Биби тоже говорил, что программные выступления Путина — «очень неплохой ориентир» для того, «чтобы понять российские намерения», поскольку в Москве, как правило, что объявляется с высоких трибун, то и делается.

Когда нет доверия

То есть по сути проблема — в нехватке не информации, а доверия. И откуда взяться взаимопониманию, если говорящееся прямо и открыто, чуть ли не с гордостью пропускается партнером мимо ушей? У американцев есть даже поговорка для описания такого подхода: «contempt prior to investigation», т.е. «пренебрежение без проверки».

Чтобы преодолеть такую предвзятость, России приходится идти на различные ухищрения. Путин регулярно дает интервью западным журналистам, лично и подробно объясняет им, что у него на уме, невзирая на то, что те просто соревнуются в стремлении задавать ему неудобные, каверзные вопросы. Американцев и англичан приглашают в Россию вести публичные дискуссии на крупнейших международных форумах.

Ну и уж просто «мегаутечкой» было мартовское послание Путина Федеральному собранию с рассказом о новейших российских вооружениях. По-моему, агенты ЦРУ, которые до этого наверняка по крупицам собирали любые слухи и домыслы об этих системах, должны были после этой речи с горя просто рыдать в подушку.

А наш президент тогда напомнил, что еще в 2004 году публично предупреждал о тех же российских разработках. «Нас никто не слушал, — сказал он. — Послушайте сейчас...»

Ладить лучше, чем враждовать

Справедливости ради следует признать, что и Трамп умеет и любит удивлять, регулярно делая сногсшибательные «утечки» — в основном через Twitter. И его-то записи как раз все читают — у него около 53 млн подписчиков, а его импровизации регулярно вызывают глобальный переполох. Может, кстати, и Путину завести микроблог? А то он, как с огорчением констатировали отставные разведчики в США, по слухам, вообще не пользуется компьютерами и смартфонами…

С Трампом же главная проблема пока в том, что у него порой бывает семь пятниц на неделе и его слова, особенно по теме отношений с Россией, заметно расходятся с делами его администрации. Но, может быть, нам надо просто набраться терпения? Тем более что он все увереннее держит в руках бразды правления в своей стране, а растущая экономика неуклонно повышает шансы на успех его самого и его партии на предстоящих очередных выборах в США.

Как бы то ни было, ЦРУ и другим спецслужбам США в этой ситуации можно рекомендовать повнимательнее читать публичные высказывания обоих верховных главнокомандующих — и российского, и американского. И не забывать об их общей уверенности в том, что нашим странам лучше ладить друг с другом, чем враждовать.

Позиция Черчилля

Отчет самого ЦНИ о дискуссии с участием разведчиков открывался знаменитой цитатой бывшего премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля о том, что Россия — это тайна за семью печатями (дословно — что это «головоломка, помещенная внутрь загадки, а та — внутрь тайны»).

Обсуждая публикацию, мы с Кобаладзе оба обратили внимание на примечание внимательного читателя, указавшего, что если уж ссылаться на великого британца, то следует приводить его мнение целиком. Включая и слова о том, что к описанному набору тайн, «наверное, все же есть ключ. И этот ключ — национальный интерес России».

Я встречал эту цитату ранее, но все же полез проверять и был вознагражден. Оказывается, и с добавлением фраз о ключе она неполная. А вот ее окончание, взятое с сайта Международного черчиллевского общества:

«Не может отвечать интересам и безопасности России, чтобы Германия утвердилась на берегах Черного моря или чтобы она захватила балканские государства и покорила славянские народы Юго-Восточной Европы. Это противоречило бы историческим жизненным интересам России».

Произнес это Черчилль 1 октября 1939 года в Лондоне, в радиопередаче. Если вместо Германии представить Запад в целом, то словно сегодня сказано.




Похожие новости

Новости других разделов


Присоединяйтесь

Деньги — предельно обобщённая информация о продуктообмене.


Журналисты

Цитата

Заблуждение не перестаёт быть заблуждением оттого, что большинство разделяет его.

Л.Н. Толстой.