» » Застроить весь мир Петербургом ради жизни. Как помочь онкобольному, купив домик на Невском

Социум

Застроить весь мир Петербургом ради жизни. Как помочь онкобольному, купив домик на Невском

Застроить весь мир Петербургом ради жизни. Как помочь онкобольному, купив домик на Невском

Я купила домик на Миллионной в Санкт-Петербурге. Это центр, до Эрмитажа минут 15 пешком. Красивый, зелененький, в несколько этажей, с балкончиками и высокими окнами. Сперва хотела оставить себе, но решила подарить подруге. А себе куплю станцию метро «Площадь Восстания», что на Невском, у нее красивая круглая крыша. Да и стоит недорого — всего 550 рублей.

Речь, конечно, не о настоящем Петербурге. А о маленьком. Мой домик на Миллионной улице сделан из керамики и умещается на ладошке. А деньги, вырученные от его продажи, пойдут на помощь подопечным благотворительного фонда AdVita («Ради жизни»), который помогает детям и взрослым, больным раком.

«Я фанат легкой благотворительности»

Собирать деньги на благотворительность в России непросто: мы готовы помогать детям, старикам и животным, а вот больным взрослым людям — уже нет. И даже при всей готовности «скидываться» на лечение детей в людях до сих пор жива уверенность, что благотворительные фонды непременно все разворуют и доверять им нельзя.

AdVita попыталась решить эту проблему радикально: начала зарабатывать сама (хотя пожертвования по-прежнему остаются основным источником средств). «Я фанат легкой благотворительности — когда мы зарабатываем, а не просим», — говорит Татьяна Найко, административный директор проекта «Помогать легко». Действительно легко: вы покупаете красивую вещь — от зонта до кружки, а прибыль идет на хорошее дело. Каждый сезон проект старается придумать что-то новое — и вот пару лет назад придумали «Санкт-Петербург в миниатюре». Начать решили с Миллионной: во-первых, она одна из первых, построенных в городе, во-вторых, как говорит Татьяна, «она короткая, это прекрасно». «Хорошая улица с хорошим названием, — добавляет Мила Кузнецова, художник, работающая над этим проектом. — Она и красивая, и в центре города, и примыкает к Дворцовой площади…»

У Милы с Петербургом был стремительный роман, приведший к крепкому браку. Она жила в Тюмени и впервые приехала сюда шесть лет назад — на каникулы с дочкой. «Вернулась домой и поняла, что не хочу жить нигде, кроме Петербурга. В течение месяца мы переехали», — говорит художница. Сейчас она живет на Васильевском острове и очень любит свой дом начала XX века: «Он уютный, симпатичный, с двумя башенками. Мечтаю его слепить, но все руки не доходят».

Мила пришла в AdVita волонтером несколько лет назад. Ходила в больницы, рисовала с подопечными, вела мастер-классы и постепенно начала там работать кем-то вроде «штатного художника». С глиной она при этом не работала. Решив создавать петербургские домики, Татьяна полгода искала того, кто мог бы ими заняться. «Но все оказывалось не то, — говорит она. — Наконец Мила сказала: давайте я сама слеплю».

Теперь домики, созданные Милой, — визитная карточка проекта. Все сувениры она, конечно, не делает — не хватило бы рук. Художница создает образцы и обучает других сотрудников, а они помогают «застраивать весь мир Петербургом» — это один из девизов проекта.

«В искусстве я могу быть наравне с другими»

— Мила, а правда, что вы можете научить рисовать и лепить кого угодно? — спрашиваю я.

— Есть такой миф, я несколько раз об этом слышала, — улыбается она. — Я верю, что любой человек при желании может научиться всему.

— Просто если я буду лепить дом, у меня, скорее всего, получится тарелка…

— Значит, это будет дом, похожий на тарелку, — смеется Мила.

«Построить» средний петербургский домик несложно. Берешь кусочек глины, «обстукиваешь» его об стол — так поверхность станет ровной. Потом срезаешь верхушку наискосок — это будет крыша. Деревянной палочкой вырезаешь арку. А потом так же — окошки и двери. Домик у меня получается с щелями в стенах. Говорят, очень по-петербургски. Куда сложнее с какими-то более оригинальными зданиями — например, храм Спас на Крови Мила создавала два дня.

А ростральные колонны — наверное, один из главных городских символов — здесь делает Ксения. Ей 22, она высокая, улыбчивая, разговорчивая. Легко рассказывает о своей первой любви: «Я сама ему призналась, по переписке. Мы тогда оба были простужены, не сразу увиделись. А потом встретились у меня во дворе. Он мне сказал: »Ты главное не бойся«. И поцеловал…» Вроде обычная история для юной барышни, если бы не одно обстоятельство: у Ксении эпилепсия. Приступ может случиться в любой момент, поэтому она не выходит на улицу без сопровождения, в основном сидит дома и почти не заводит знакомств. А с тем молодым человеком встретилась в психоневрологическом диспансере, куда пришла оформлять какие-то документы. У него были психические особенности, они встречались три года, но расстались.   

«Я инвалид, — просто говорит Ксения. — И немножко дольше соображаю, чем другие люди. Но в искусстве я могу быть с ними наравне». Девушка училась в художественной школе, всегда рисовала, занималась керамикой и всегда хотела как-то помогать больным. Однажды ее мама услышала про «Помогать легко», и Ксения решила попробовать. «Сделала одно, другое, а потом ростральную колонну. Я не думала, что они будут популярными, но скоро мне сказали, что все продано и надо еще». Сейчас Ксения занимается только колоннами. Она уверена, что когда-нибудь выздоровеет. «Я прежде всего выйду на улицу и осмотрюсь, — говорит она. — Посмотрю на людей… много раз размышляла о тех, для кого дойти до работы — это обыденность. А для меня добраться куда-то — целая операция». А еще Ксения сможет чаще ходить в свое любимое петербургское место — Эрмитаж. Сейчас мама старается водить ее туда хотя бы раз в год.     

«Домики должны быть прекрасны»

Кроме Ксении в мастерской работают и другие люди с инвалидностью. Для них это и социализация, и способ заработать. «У нас есть работник Коля — для меня как для административного директора он идеальный сотрудник, — говорит Татьяна. — Вот я пришла на работу и пошла пить с вами кофе. А Коля бы так никогда не сделал. Однажды мы здесь проводили семинар по трудоустройству людей с ограничениями по здоровью. А Коля об этом не знал. Он пришел на работу, молча сел за столик, взял глину и стал лепить домики. А я подводила к нему специалистов по трудоустройству и говорила: вот, смотрите, как он работает!»

Какие у Коли особенности здоровья, Татьяна не знает. Тут вообще никто не спрашивает диагнозов — главное, чтобы человек мог работать. Как объясняет Татьяна, цели «создать резервацию для людей с ограниченными возможностями» у проекта нет. «Мы не ставим задачу осчастливить всех и вся. Нам прежде всего нужно зарабатывать деньги для фонда, — объясняет она. — Домики должны быть прекрасны независимо от того, кто их делает. Но если при этом мы можем кому-то помочь — тем лучше».

Чаще всего домики покупают гости города, поэтому время перед туристическим сезоном здесь самое горячее. А еще домики приобретают те, кто когда-то жил в Петербурге, но уехал. «Люди с удовольствием покупают свои воспоминания, — говорит Татьяна. — Им хочется именно эту сторону, именно этот дом…»

У самой Татьяны дома «миниатюрного Петербурга» нет: он и так вокруг нее каждый день. Да и живет она в основном на работе. В минувшем году проект принес AdVita 123 тыс. рублей. Пока не так уж много. Но кому-то эти деньги уже помогли выжить.

Бэлла Волкова, Ольга Махмутова




Похожие новости

Новости других разделов

Присоединяйтесь

Деньги — предельно обобщённая информация о продуктообмене.

Журналисты

Цитата

Заблуждение не перестаёт быть заблуждением оттого, что большинство разделяет его.

Л.Н. Толстой.